Военно-санитарный поезд под началом отца Олега Табакова называли «счастливым». О том, как служилось на «счастливом» поезде, мне рассказала Евдокия Никифоровна МАКУНИНА. Она работала санитаркой и разделяла с товарищами все тяготы и страхи тех огненных лет.
БОЕВЫЕ ДЕВЧАТА
Евдокия Никифоровна родилась в 1921 году в селе Каменка-Садовка Воронежской области. К началу войны ей едва исполнилось 20 лет. И вот как-то весной 1942-го, спасаясь от голода, молоденькая Дуся вместе с подружкой пришли на железнодорожную станцию Новохоперск проситься на работу в санитарный поезд. В первом остановившемся эшелоне им отказали: мол, уже набрали.
Подружки загрустили, но все-таки попытали счастья у следующего поезда. Вышел начальник — статный, красивый, высокий мужчина. Поглядел на девушек, на их деревенские крепкие руки, спросил строго: «А вы не испугаетесь? В обморок падать не будете?» «Нет, не забоимся», — энергично замахали те головами. Военврач улыбнулся: «Такие боевые девчата мне как раз и нужны». Звали начальника санитарного поезда — майор Павел Кондратьевич Табаков.
КАК ПОЕЗД СТАЛ «СЧАСТЛИВЫМ»
Военно-санитарный поезд (ВСП) №87 был сформирован на Рязано-Уральской железной дороге (ныне — Приволжская) в Саратовской области. В первый рейс он отправился 17 июля 1941-го из Саратова. Поезд эвакуировал раненых и больных из прифронтовых госпиталей. Случалось, что бойцов с тяжелыми ранами подвозили на станции к поезду прямо с поля боя. Эшелон мог перевозить около 500 человек. Иногда брали и больше.
В составе, как правило, было 17 вагонов специального и бытового назначения: операционная, аптека-перевязочная, кухня-кладовая, электростанция и другие. Носилки устанавливались в 2-3 яруса вдоль боковых стен. Раненых фиксировали веревочные сетки и съемные борта, продольные планки снижали тряску. Для приема пищи использовали поворотные столики.
За годы Великой Отечественной войны ВСП №87 совершил 135 выездов и проехал 220 тысяч километров. За это время он потерял лишь хвостовой вагон и одного человека убитым, за что состав прозвали «счастливым».
В Книге Памяти Саратовской области так описывается работа 87-го санитарного поезда: «Когда в составе не было электричества, оперировали при свечах. На специальную маску врачи капали эфир и надевали ее на лица раненых, чтобы облегчить страдания. Если наркоз заканчивался, пациентам давали 200 граммов водки и ремень в зубы. Руки медперсонал мыл полупроцентным раствором нашатыря, а затем 96-процентным спиртом и смазывал ногтевые фаланги йодом».
НАГОНЯЙ ОТ ТАБАКОВА
На этом санитарном поезде Дуся проездила всю войну. Попадала под обстрелы, насмотрелась на страшные раны и кровь. Бывало, что хотелось упасть замертво от тяжелой работы.
— Судна выносили, тяжеленные кастрюли с обедами-ужинами таскали. Идешь по грохочущему вагону, а в руках — два огромных ведра с горячим борщом на 56 человек, — вспоминала баба Дуся.
И все-таки не падали. А еще и концерты вечерами устраивали. Поддерживали дух раненых — сыпали частушки что горох: и про любовь, и про Гитлера окаянного, и про желанную
Победу…
А однажды строгий Табаков устроил Дусе большой нагоняй, правда, как выяснилось, для вида. На одной из станций она решила незаметно набрать угля. Того, что давали на рейс, не всегда хватало. Только насыпала два ведра, как ее схватили. Привели в комендатуру. Туда же вызвали и начальника санитарного поезда.
— Уж он мне там и наказанием грозился, и ругался, и топал на меня, — улыбалась моя собеседница. — А когда нас отпустили, по дороге посетовал: «Что ж ты, такая боевая, дежурного-то прозевала? Не обижайся. Так надо было. А то бы вместе нам несдобровать».
Будущий народный артист СССР Олег Табаков отца боготворил. И когда отец был на фронте, сын писал ему письма, которые подписывал так: «Маршал Лелик Табаков».
СЫН НАЧАЛЬНИКА В ТЕЛЕВИЗОРЕ
Баба Дуся больше никогда не встречала начальника «счастливого» ВСП №87. Однако из жизни Евдокии Никифоровны Табаков-старший не исчез. Сама она вышла замуж за фронтовика в родной Каменке-Садовке. А вот землячка и подружка по санитарному поезду Анна Лазуткина связала жизнь с проводником их военно-санитарного поезда и обосновалась в Саратове, где жил и Табаков-старший. Павел Кондратьевич иногда заходил к ее мужу в гости. Когда Анна приезжала в родную Каменку-Садовку, то привозила Дусе привет от Табакова. Она рассказывала, что их бывший начальник все-таки ушел от жены и сына и женился на Лиде, что та родила ему дочку…
Олег Табаков измену отца переживал тяжело. В одном из интервью он признавался: «Когда мой отец ушел от матери, я испытал ни с чем не сравнимую физическую боль оттого, что у меня нет отца. Испытав эту боль, я думал, что никогда не смогу причинить ее своим детям…» Но, как мы знаем, судьба решила иначе. И видимо, отца он простил: детей от второго брака Олег Табаков назвал в честь своих родителей — Павел и Мария.
…Как-то в очередной приезд к Евдокии Никифоровне Анна сообщила, что сын Табакова от первой жены поступил в Москву на артиста. С того времени Дуся всегда смотрела по телевизору фильмы с участием Олега Табакова, радовалась, что он похож на отца и такой же обаятельный. А в один из приездов фронтовая подружка рассказала, что ее муж однажды встретил на улице Табакова-старшего и тот ему пожаловался, что никому не нужен. «А что же Лида?» — спросил муж Анны, на что Табаков только махнул рукой.
И уже совсем печальную весть привезла бабе Дусе подруга в следующий приезд: умер их бывший начальник Павел Кондратьевич. Народу на похоронах было много. И знаменитый сын приезжал…